Каждый поход в магазин превращается в маленькую сделку с совестью: вроде бы дешевле, а на деле меньше. Эксперты говорят об этом вполголоса, а торговые сети такой расклад явно устраивает. Люди перестали запасаться впрок не из-за жадности или лени. Просто на это нет денег.
Люди действительно стали покупать более дешёвые товары повседневного спроса, но чаще и в большем количестве. С января по август 2026 года продажи такой продукции в денежном выражении выросли на 11 процентов, и значительная часть этого роста связана не с подорожанием, а с количеством покупок. Тем временем продовольственная инфляция замедлилась: в августе она составила 4,6 процента в годовом выражении против 9,4 годом раньше.
Либеральные эксперты считают, что рост потребления может помешать смягчению денежно-кредитной политики Банка России. Ведущий Царьграда, доктор экономических наук Михаил Делягин, формулирует это резче: «Люди стали лучше жить — это недоработка. Надо по ним долбануть повышением ключевой ставки». 23 октября регулятор оставил ставку на уровне 14 процентов, но отметил высокие инфляционные ожидания. По мнению Делягина, это подготовка общественности к новому повышению.
Людей всё чаще видят у прилавков с готовыми порциями: рис и гречка в пакетиках, сыр и колбаса в нарезке. Делягин называет это упадком бытовых навыков и связывает с образованием: «Нарезать сыр тонкими ломтиками — это же труд. А купить нарезочку — уже всё хорошо, и неважно, что ты переплачиваешь». По его словам, состояния делаются не столько на торговле, сколько на человеческой лени.
Прогнозируют, что в 2027 году вклад натуральных продаж в рост рынка повседневных товаров снизится до 2–4 процентов. Делягин уверен, что смягчать денежно-кредитную политику дальше не станут, и причины назовут любые: от «невиданного роста благосостояния», которого, по его словам, за пределами статистики никто не чувствует, до налогов и давления на бизнес.
Отдельная история — шринкфляция. Раньше в пачке был литр молока, потом 900 миллилитров, теперь 850. Человек думает, что покупает дешевле, а платит больше. Делягин вспомнил чёрный хлеб за 54 рубля, в упаковке которого оказалось два ломтика: пересчитав на целую буханку, получаем около тысячи рублей. «Это шоковое впечатление. Я запомнил это, наверное, на всю жизнь», — говорит он.
По его наблюдениям, люди стали меньше копить. Раньше откладывали на квартиру, машину или технику, теперь на это не хватает. Качественные вещи подорожали, а найти их стало непросто. Сберегательное поведение сменяется потребительским, и в выигрыше остаются торговые монополисты.